Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Умный Гашек.

Ярослав_Гашек (112x150, 37Kb)Чешский писатель-сатирик Ярослав Гашек родился в апреле 1883 года, а умер в январе 1923-го, поэтому моя запись не относится ни к радостной дате, ни к скорбной. Просто проходила сегодня мимо книжного шкафа, и взгляд выхватил из ряда книг "Похождения бравого солдата Швейка".
Гашек прожил 39 лет и оставил после себя примерно 1500 различных рассказов, фельетонов и других произведений, главное из которых роман о Швейке.

Я купила эту книгу много лет назад, но она так и стоит нечитанная, и даже, кажется, продолжает пахнуть типографской краской. Иной раз возьму в руки, полистаю, почитаю пару абзацев и возвращаю на место. Почему-то юмор "слабоумного" солдата Швейка не хочет со мной подружиться, а я не хочу ему навязываться. ))) Но надежды на взаимность я не теряю.

Понимаю, под глупыми на первый взгляд высказываниями Швейка прячется жизненная правда, но эта правда не лежит на поверхности, и, чтобы её отыскать и понять, а поняв, оценить, посмеяться и получить от смысла удовольствие, надо самому быть умным. Хотя ... сам Швейк говорил, что "самое лучшее - это выдавать себя за идиота". Я ни за кого себя не выдаю, просто мне недосуг прочитать шедевр Гашека, а то, что это шедевр, я чувствую нутром.

Есть поговорка "никогда не говори никогда". Я и не говорю. В смысле не говорю, что никогда не прочту роман о Швейке, но знаю, что всему есть свой срок, и придёт время, когда я сниму всё-таки книжку с полки и прочту её всю, а не местами. Я даже могу предположить, что после прочтения роман (а вдруг!) станет моим любимым, я же люблю игру слов, умные изречения и умных людей, а Гашек умнейший человек.

Это заметно по цитатам, вырванным из его произведений, например, "не представляю себе, — произнес Швейк, — чтобы невинного осудили на десять лет. Правда, однажды невинного приговорили к пяти годам — такое я слышал, но на десять — это уж, пожалуй, многовато!"
Смешно? Да, потому что точно подмечено и тонко сказано, а на какое слово переставить акцент смысла умный поймёт сам. )))

Ниже несколько изречений умного и наблюдательного Ярослава Гашека:
[Spoiler (click to open)]
- Не всем же быть умными. В виде исключения должны быть также и глупые, потому что если бы все были умными, то на свете было бы столько ума, что от этого каждый второй человек стал бы совершеннейшим идиотом.

- Я сам за собой иногда замечаю, что я слабоумный, особенно к вечеру…

- Пусть было, как было, — ведь как-нибудь да было! Никогда так не было, чтобы никак не было.

- В сумасшедшем доме каждый мог говорить все, что взбредет ему в голову, словно в парламенте.

- Скромность украшает мужчину, но настоящий мужчина украшений не носит.

- Наше дело дрянь, — начал он слова утешения.

- После вакханалий и оргий всегда приходит моральное похмелье.

- Бросаться направо и налево дерьмом — аргументация более или менее убедительная, но интеллигентный человек даже в состоянии раздражения или в споре не должен прибегать к подобным выражениям.

- В толстого эрцгерцога вернее попадешь, чем в тощего.

- Без жульничества тоже нельзя. Если бы все люди заботились только о благополучии других, то еще скорее передрались бы между собой.

- Беда, когда человек вдруг примется философствовать — это всегда пахнет белой горячкой.


- От стен полицейского управления веяло духом чуждой народу власти.

- Военно-юридический аппарат был великолепен. Такой судебный аппарат есть у каждого государства, стоящего перед общим политическим, экономическим и моральным крахом.

- В то время как здесь короля били тузом, далеко на фронте короли били друг друга своими подданными.

- В другой раз внимательнее приглядывайтесь к тому, с кем купаетесь: в воде всякий голый человек похож на депутата, даже если он убийца.

- Я думаю, что на все надо смотреть беспристрастно. Каждый может ошибиться, а если о чем-нибудь очень долго размышлять, уж наверняка ошибешься.

- У солдата, которого ведут под конвоем, всегда больше опыта, чем у тех, кто его караулит.

- Вообще всё на свете вдруг показалось ему таким гнусным и отвратительным, что он почувствовал потребность напиться и избавиться от мировой скорби.

Афоризмы взяты из Интернета.

Стихотворение великой княжны Ольги Романовой.

Великая княжна Ольга Николаевна написала нижеследующее стихотворение, когда находилась вместе со своей семьёй в заточении в Ипатьевском доме в Екатеринбурге. Я услышала это стихотворение в пересказе Эдварда Радзинского в его видео-рассказе о последних днях и часах семьи Романовых.
Признаюсь, услышала впервые ...

Стихотворение сильное, но про него нельзя сказать "понравилось", ибо это сродни сказать, что понравилась душевная боль этой девушки.
Стихотворение - тихий крик! Оно обращено к Богу с просьбой помочь выстоять, не поддаться отчаянию и не сломаться. Стихотворение - надежда! На кого же ещё надеяться в страшной жизненной безысходности, если не на Всевышнего!



Пошли нам, Господи, терпенье
В годину бурных мрачных дней
Сносить народное гоненье
И пытки наших палачей.

Дай крепость нам, о Боже правый,
Злодейство ближнего прощать
И крест тяжёлый и кровавый
С Твоею кротостью встречать.

И в дни мятежного волненья,
Когда ограбят нас враги,
Терпеть позор и оскорбление,
Христос Спаситель помоги,

Владыка Мира, Бог вселенной,
Благослови молитвой нас…
И дай покой душе смиренной
В невыносимый страшный час.

И у преддверия могилы
Вдохни в уста Твоих рабов
Нечеловеческие силы -
Молиться кротко за врагов…

Дуэль Лермонтова с Мартыновым 180 лет назад.

В полдневный жар в долине Дагестана
С свинцом в груди лежал недвижим я;
Глубокая еще дымилась рана,
По капле кровь сочилася моя.
/Лермонтов "Сон"/


15 июля ровно 180 лет назад в дуэли Мартынов убил Михаила Лермонтова. Лермонтов умер сразу – пуля пробила сердце и лёгкие. Началась гроза, убийца и секунданты уехали с места трагедии, оставив бездыханное тело лежать под проливным дождём. Васильчиков поскакал в город за врачом, Глебов и Столыпин уехали в Пятигорск, чтобы нанять телегу и перевезти тело убитого. Около 11-ти часов вечера кучер Лермонтова Иван Вертюков и "человек" Мартынова Илья Козлов привезли тело Лермонтова на его квартиру.

А дальше начались непонятки в показаниях, из-за чего биографы Лермонтова долгое время не могли прийти к единому мнению о дуэли. Следственная комиссия начала было собирать факты и доказательства, но Николай I, сильно не любивший Лермонтова, приказал "дело окончить немедленно".

Военный суд длился всего четыре дня и свёлся к пустым формальностям. Фактов и чётких свидетельств не было. Много позднее князь Васильчиков (секундант Мартынова) признался, что участники дуэли дали "друг другу слово молчать и не говорить никому ничего другого, кроме того, что ... показано на формальном следствии".

Лет 30 спустя завеса над тайной дуэли стала чуть-чуть рассеиваться, а ещё через несколько лет прояснилась побольше. Открылись некоторые подробности дуэли, в которых секунданты выглядели не должным образом.

В тот злополучный вторник 15 июля 1841 года около 7-ми часов вечера участники дуэли собрались на небольшой поляне у дороги, ведущей из Пятигорска в Николаевскую колонию вдоль северо-западного склона горы Машук, в четырех верстах от города.

У Лермонтова секундантом был Глебов, у Мартынова Васильчиков. Эти имена фигурируют в официальных документах следствия, но в действительности на месте дуэли присутствовали ещё два человека: А.А. Столыпин, он же Монго (друг и родственник Лермонтова) и С.В. Трубецкой.

По условию поединка каждый дуэлянт имел право стрелять когда ему вздумается,— стоя на месте или подходя к барьеру. Когда Глебов крикнул: "Сходитесь", Мартынов быстро пошёл к барьеру, Лермонтов, напротив, остался на месте, взвёл курок и поднял пистолет дулом вверх, заслоняя рукой и локтем правый бок.

Глебов продолжал считать: "Раз, два ..."
Мартынов остановился у барьера и прицелился. Лермонтов же, оставаясь неподвижным, поднял руку с пистолетом над собой.

Глебов крикнул: "Три!!!"
По правилам после счёта "три" дуэль заканчивалась, но Столыпин-Монго вдруг закричал: "Стреляйте же!" Его голос сработал как сигнал к действию: Лермонтов выстрелил в воздух, а Мартынов ему в грудь.

Проведённая экспертиза подтвердила, что пуля попала в Лермонтова, когда он стоял с высоко поднятой правой рукой. К тому же в пользу выстрела в воздух свидетельствует тот факт, что пистолет Лермонтова после дуэли был разряженным.

Дуэль закончилась трагедией, потому что были совершены грубейшие нарушения дуэльного кодекса: одно совершил Мартынов, другое Столыпин, причём поступок Столыпина превратил секундантов в участников убийства, за которое они должны были понести наказание. Этого они и боялись. К слову, у Трубецкого вообще была подмоченная военная репутация.

Двойное преступление и стало той тайной, о которой Мартынов и секунданты договорились молчать.

Я люблю Лермонтова и часто думаю о той дуэли. Это болезненные думы. Поэт погиб в 27 лет, совсем ещё молодой человек, преемник Пушкина, гордость русской литературы! Конечно, ему не надо было задирать Мартынова, ведь глупые и тщеславные люди страшно обижаются и в своей обиде не знают жалости ...

Мне приятно знать, что Лермонтов был дорог и моему любимому писателю Константину Паустовскому. Константин Георгиевич любил Лермонтова и даже написал рассказ о том, что плохо стреляющий Мартынов нанял солдата с винтовкой, чтобы тот из засады наверняка убил Лермонтова ...

А ещё Паустовский написал сценарий к художественному фильму "Лермонтов", который был поставлен в в 1943 году - в разгар Отечественной войны против фашистов.

Лермонтов1943.jpg
Кадр из художественного фильма "Лермонтов", 1943 года.
В главной роли Алексей Консовский.

В кадре Лермонтов ещё стоит, но он уже убит пулей Мартынова.

Ахматова с приставкой "анти"

День рождения у Анны Андреевны Ахматовой 23 июня, и я привычно написала на эту тему текст, но, закрутившись с дачными делами, не успела его поместить в Ж-журнал. Сейчас, перечтя текст, я сильно его сократила, оставив основную часть - отрывок из книги Тамары Катаевой, где она собрала факты, касающиеся биографии А.А. Ахматовой, которые большинству почитателей творчества поэтессы неизвестны.

Думаю, этот отрывок вызовет интерес у поклонников Анны Андреевны, а книга, прочитанная полностью, возможно, даже переформатирует их отношение к поэтессе, что произошло со мной. Что ж, нельзя запретить кого-то любить, а кого-то ненавидеть, у всех есть право выбора.

Отрывок из книги Т.Катаевой.

"Родилась девочка: талантливая, очень красивая, погруженная в себя, высокомерная, склонная во всех и во всем видеть только плохое и желавшая всех за это наказать, возвеличившись сама: довольно обычное юношеское неустойчивое состояние; начала писать стихи.

Был успех, но мир не пал к ее ногам, она замкнулась и продолжала мечтать. Теперь можно было не только мечтами украшать будущее, но и легендами – прошлое.

Жизнь все длилась, и легенды обрастали подробностями: аристократическое происхождение, дворянское воспитание, блестящее образование, глубокая религиозность, роковые страсти, разочарования, принесение себя в жертву, унижения, кровоточащее материнское сердце, расстрелянные мужья, гонения, непечатанье, слабое здоровье, военные тяготы, героизм, гражданское мужество, бесстрашие – все это были ее выдумки, все было совсем, совершенно не так.

Она диктовала воспоминания о себе (Срезневской), исследования о себе (А. Хейт), писала некие (вообще писала крайне мало) «Лекции об Анне Ахматовой», что-то еще о себе – в третьем лице: «очень красивая… бурбонский профиль… стройная… очень бледная… это страшно…», о своих стихах: «горчайшие… их мало, но они исполнены… она не знает соперников… даже переходя черту дозволенного…»

Она сама, в письменной форме – тем, кому бы поверили, надиктовывать было нельзя – записала себя в число великих поэтов. «Нас четверо». Никто из великих современников ее таковой не признавал – ни Блок, ни Маяковский, ни Мандельштам, ни Цветаева, ни Пастернак.
Люди попростодушнее верили всему.

Проницательные, но снисходительные почитали то немногое, что все-таки было в ней, и просто жалели. Проницательные, но не чувствующие себя обязанными быть снисходительными, например, Михаил Бахтин, от нее равнодушно отвернулись – мало ли как интересничает дама.

А двадцатилетнего Бродского поразила разница их лет, вид живой руки, которая подавалась для пожатия Блоку (с Блоком виделась считанные разы), сексуальная энергия юношеского накала и та же страстная вера в бессмертие, что мучила и его, в полном соответствии с его психовозрастным статусом. За это он ей простил все.

Соломон ВОЛКОВ. Диалоги с Бродским. Стр. 109:
Волков: Анна Андреевна вообще случайно ничего не делала.
Бродский: Это правда. <…>

Господь продлил ее дни. Как ни посмотри, она была отмечена Богом хотя бы благословенным долголетием. Потому и стоит на самой непростимой ступеньке тяжести грех самоубийства, что он отрицает принятие за страдания возможного наивысшего дара – долголетия. Ахматова от дара не отказалась, но в спор с Богом все равно вступила: решила доказать всем, что она прожила не ту жизнь, которую прожила по предначертанному свыше сценарию – а ту, которую посчитала наиболее подходящей она сама. Она коверкала и исправляла все.

Срезневская <…> под некоторым нажимом Ахматовой и с установкой, совместно с нею определенной, начала писать воспоминания. /Анатолий НАЙМАН. Рассказы о Анне Ахматовой. Стр. 123/

"В конце жизни она многих просила писать о себе, некоторые воспоминания лукаво провоцировала. «Напишите обо мне, – обращалась она к В.Е. Ардову. – Мне нравится, как вы пишете». Но, возможно, единственное, что ее по-настоящему волновало, – успеет ли она их прочесть и скорректировать. /Ольга ФИГУРНОВА. De memoria. Стр. 19/

Ни о каком предании не могла идти речь. Все должно было быть записанным!

"В последние годы Ахматова «наговаривала пластинку» каждому гостю, то есть рассказывала ему историю <…> собственной жизни, чтобы он навеки запомнил их и повторял в единственно допустимом ахматовском варианте". /Надежда МАНДЕЛЬШТАМ. Вторая книга. Стр. 369/

"Она заботилась о посмертной жизни и славе своего имени, забвение которого было бы равнозначно для нее физической смерти". /Ольга ФИГУРНОВА. De memoria. Стр. 19/

"Откуда-то с самых ранних лет у нее взялась мысль, что всякая ее оплошность будет учтена ее биографами. Она жила с оглядкой на собственную биографию… <…> «Все в наших руках, – говорила она, – Я, как литературовед, знаю…» <…> Красивая, сдержанная, умная дама, да к тому же прекрасный поэт – вот что придумала для себя А.А." /Н.Я. МАНДЕЛЬШТАМ. Из воспоминаний. Стр. 319/

А еще героиня, мать-страдалица, бесстрашная гонительница Сталина, вдова трех мужей, вершительница мировых судеб… Это все ее мифы, все то, чего не было на самом деле".

Отрывок из книги Тамары Катаевой «Анти-Ахматова».

Вдогонку ко дню рождения А.А. Ахматовой.

Анна Андреевна Ахматова (Горенко) родилась 23 июня (по ст. стилю 11) 1889 году в Одессе. Прожила 76 лет. Стихотворение "Знаешь сам, что не стану славить…" было записано Натальей Леонидовной  Дилакторской под диктовку Ахматовой в 1945 году. Дата написания стихотворения в этой записи отсутствует. Позже, когда А.А. редактировала к печати сборник "Бег времени", она поставила дату 6 января 1946 года.

Есть предположение, что стихотворение было написано 6-го января, но годом раньше, потому что в те "новогодние дни" 1945 года происходили последние свидания Ахматовой с В. Гаршиным, нашедшие отражение в стихотворении.

6 января 1945 года остался в памяти Ахматовой как "нашей встречи горчайший день", то есть день, когда они с Гаршиным решили порвать отношения.

Неизвестно, когда была сделана запись, но голос Ахматовой звучит спокойно и безэмоционально, величественно и отрешённо. Боль и обида от неполучившегося союза с Владимиром Георгиевичем, по всему, уже прошла, но, как память, осталось стихотворение, наполненное намёками на реалии. 

В голосе А.А. я слышу одесский акцент, который, как могли бы сказать  одесситы, "насмерть неистребим".

Знаешь сам, что не стану славить

Нашей встречи горчайший день.

Что тебе на память оставить,

Тень мою? На что тебе тень?

Посвященье сожженной драмы,

От которой и пепла нет,

Или вышедший вдруг из рамы

Новогодний страшный портрет?

Или слышимый еле-еле

Звон березовых угольков,

Или то, что мне не успели

Досказать про чужую любовь?

Друг Пушкина Пётр Плетнёв.

Сегодня, в день рождения А.С. Пушкина, вспомним о людях из его окружения, ставших для Поэта настоящими друзьями. Одним из ближайших друзей Пушкина был Пётр Александрович Плетнёв (1792- 1865) – критик, поэт, профессор и ректор санкт-петербургского Императорского университета (с 1840 года). Он преподавал русский язык и словесность наследнику цесаревичу Александру Николаевичу и другим членам царской семьи.

С конца 1824 года совместно с бароном Дельвигом, а с 1832 года — с Пушкиным, Плетнёв разделял труды по редактированию «Северных цветов», а в 1838—1846 гг. был преемником Пушкина по редактированию «Современника».

Пётр Александрович был на семь лет старше Пушкина и пережил Поэта на 28 лет.

П.А. Плетнёв имел мягкий, добрый характер (видно по портрету), был деликатным и отзывчивым человеком, верным и заботливым другом. Своим друзьям (Пушкину, Жуковскому, Гоголю) Плетнёв служил и делом, и советом, друзья дорожили его мнением и ценили дружбу с ним.

Ниже отрывок о П.А. Плетнёве из прекрасной книги Натальи Горбачёвой «Пушкин и Гончарова. Война любви и ревности».

Плетнёв.jpg
Тыранов А.В. Портрет П.А. Плетнёва. 1836. Холст, масло. 72 х 60 см.
Всероссийский музей А.С. Пушкина, Санкт-Петербург



«Невозможно не рассказать о ещё одном знакомце Пушкина. Пётр Александрович плетнёв был на переломе 20-30-х годов ближайшим другом поэта. Пушки ласково назвал его в рифму: «Брат Лёв и брат Плетнёв». Этому-то «брату Плетнёву» Пушкин был обязан своими литературными заработками. Именно он осуществил огромную посредническую деятельность в Петербурге, чтобы издать более 20-ти книг Пушкина, в которые вошло всё, что поэт создал на Юге, в Михайловском, в Москве и в Болдине.

Это Плетнёв искал издателя, договаривался о выгодных для Пушкина условиях, разрешал типографские, материальные и другие проблемы, делая это совершенно бескорыстно.

Плетнёв был поэтом, критиком и педагогом, профессором русской словесности Петербургского университета. Ему, «душе прерасной, святой, исполненной мечты», Пушкин посвятил свою «энциклопедию русской жизни» - «Евгения Онегина».

Не мысля гордый свет забавить,
Вниманье дружбы возлюбя,
Хотел бы я тебе представить
Залог достойнее тебя,
Достойнее души прекрасной,
Святой исполненной мечты,
Поэзии живой и ясной,
Высоких дум и простоты;
Но так и быть - рукой пристрастной
Прими собранье пестрых глав,
Полусмешных, полупечальных,
Простонародных, идеальных,
Небрежный плод моих забав,
Бессонниц, легких вдохновений,
Незрелых и увядших лет,
Ума холодных наблюдений
И сердца горестных замет.


Дельвиг был их общим другом. Пушкин утешал Плетнёва в письме от 22 июля 1831 года: «Дельвиг умер ... умрём и мы. Но жизнь ещё богата, мы встретим ещё новых знакомцев, новые созреют нам друзья, дочь у тебя будет расти, вырастет невестой, мы будем старые хрычи, жёны наши – старые хрычовки, а детки будут славные, молодые ребята».

После смерти Дельвига они особенно сблизились, собрав и выпустив последний альманах «Северные цветы» - в пользу семьи покойного.

Друзья уходили, рядом с Пушкиным не оставалось никого из прежних: Плетнёв напоминал ему молодость, «завтра Петергофский праздник, и я проведу его на даче у Плетнёва вдвоём. Будем пить за твоё здоровье», - писал Пушкин из Петербурга своей Натали на Полотняный Завод в 1834 году.

Пушкин и Плетнёв дружили семьями. Спустя два года после смерти поэта умерла жена Плетнёва, и десять лет он прожил одиноко. Только в 1849 году он женился второй раз на А.В. Щетининой и не замедлил представить молодую жену Наталье Николаевне. Та, в свою очередь, в один из вечеров решила всей семьёй, запросто, навестить друга своего покойного мужа, о чём и сообщила, как всегда, подробно П.П. Ланскому:

«Утро сегодняшнего дня я употребила на письмо мадам Бибиковой, а вечером на одно доброе дело. Мы отправились гулять в сторону лесничества, чтобы отдать визит Плетнёву. Мы никого не застали дома, но зайдя в Публичный сад, где играла музыка, мы его встретили, прогуливающегося под руку с женой. Он нас увидел и бросился навстречу. Узнав, что мы у него были, он настоял на том, чтобы мы вернулись. Но чтобы не оставаться там долго, я сослалась на то, что мне в 9 часов надо укладывать Азиньку. Сегодня его жена не показалась мне некрасивой, даже совсем наоборот, а дочь его, напротив, порядочная дурнушка. Он кажется очень счастливым, водил нас всюду по своей даче. Наш визит ему доставил удовольствие, но смутил его жену, которая выглядит очень застенчивой ...»

До конца своих дней Пётр Александрович с большой симпатией относился к вдове Пушкина. Лучшим выражением этого чувства нужно признать слова Плетнёва из его письма к Я.К. Гроту через пять лет после смерти друга-поэта: «В понедельник я обедал у Natalie Пушкиной с отцом и братом (Львом Сергеевичем) поэта. Все сравнительно с Александром ужасно ничтожны. Но сама Пушкина и её дети – прелесть ...»

Ко дню рождения А.С. Пушкина.

Приближается день рождения А.С. Пушкина. Великому поэту исполнится ровно 222 года, но назвать его древним или просто старым смешно – Пушкин всегда молод (и в 22 и в 37!) 

В книге Александра Васильевича Дружинина «Прекрасное и вечное» есть статья, посвящённая произведениям  И.С. Тургенева и поэтов-современников.  Отрывок из этой статьи со словами в адрес  А.С. Пушкина  я помещаю ниже. 

Я  уже не раз высказывалась о  своём отношении  к Александру Сергеевичу, но мои доморощенные слова с лихвой перекрывают классики, которые  говорят о Пушкине гораздо лучше (и профессиональней), чем я. 

А.В. Дружинин тоже русский классик, поэтому ему слово. 

Пушкин — наше всё!  Сфотографировано 22-05-21 в окне первого этажа .
Пушкин — наше всё! Сфотографировано 22-05-21 в окне первого этажа .

«Бессмертнейший и любимейший из поэтов России, Пушкин, по творческим своим симпатиям, был несравненно менее причудлив; но и он, по своему поэтическому миросозерцанию, часто становился в разлад с житейской практичностью. В смысле поэтической мудрости он был передовым человеком всей России, просветителем массы своих соотечественников; но в смысле учёности, гражданских познаний, практических взглядов он неоспоримо отставал от передовых людей своего времени.

Collapse )

Эпиграмма Клемана Маро в переводе А.С. Пушкина.

Клеман Маро - известнейший французский поэт эпохи Ренессанса.
Александр Сергеевич Пушкин, который, как известно, был рождён франкоязычным, за что в Лицее получил прозвище "Француз", прекрасно знал французскую литературу и, в частности, интересовался творчеством Клемана Маро. В лицейские годы (1814-15) юный Пушкин перевёл эпиграмму Маро "О самом себе" ("De soy mesme", 1537), дав ей короткое название "Старик".

Изумляет тонкое понимание молодым Пушкиным (15-16 лет) проблему страстного и любвеобильного человека, который шагнул в тот возраст, когда ничего не остаётся, как вздыхать и огорчаться об утраченной мужской любовной силе.

Когда Клеман Маро написал эпиграмму, он был, по нашим меркам, ещё достаточно сильным в половом вопросе мужчиной (41 год), но, возможно, в 16 веке люди изнашивались раньше ... что ж, Клеману Маро лучше знать о себе что и как ))))

На картине Веронезе об этом же горюет другой мужчина, но он уже седовласый старик, и, похоже, не из тех стариков, которым и в возрасте "седина в бороду, а бес в ребро" ))))

веронезе2.jpg
Паоло Веронезе. Восточный старик и молодая женщина. 1555-56. Масло холст, 286 x 150 см.
Музей Palazzo Ducale (Дворец дожей), Венеция.


Старик.
Уж я не тот любовник страстный,
Кому дивился прежде свет:
Моя весна и лето красно
Навек прошли, пропал и след.
Амур, бог возраста младого!
Я твой служитель верный был;
Ах, если б мог родиться снова,
Уж так ли б я тебе служил!

Клеман Маро (1496–1544).
Перевод А. С. Пушкина.


Я не знаю французский язык и, к сожалению, не могу прочесть эпиграмму Маро на его родном языке, но я уверена, что Александр Сергеевич перевёл эпиграмму близко к тексту и смыслу и сохранил изящество стихосложения Клемана Маро.

De soi-meme

Plus ne suis ce que j’ai été,
Et ne le saurais jamais être;
Mon beau printemps et mon été
Ont fait le saut par la fenêtre.

Amour, tu as été mon maître:
Je t’ai servi sur tous les dieux.
Ô si je pouvais deux fois naître,
Comme je te servirais mieux!
1537


Пушкин опубликовал "Старика" в майском номере "Российского музеума" (или Журнал Европейских Новостей) за 1815 года. Впоследствии, когда в 1817—1825 годах поэт перерабатывал свои лицейские стихотворения, то включил в их число и свой перевод эпиграммы Маро.

Интересный факт.
В 4-м номере "Русского музея" впервые была напечатана полная подпись Пушкина под стихотворением "Воспоминания в Царском Селе". Это стихотворение читалось им на экзамене в Лицее и потом распространилось в рукописях. Стихотворение сопровождалось примечанием от редакции: "За доставление сего подарка благодарим искренно родственников молодого поэта, которого талант так много обещает".

Единственное цветное фото Л.Н. Толстого.

23 марта 1908 года Сергей Михайлович Прокудин-Горский (1863-1944) попросил разрешения у Л.Н. Толстого приехать в Ясную Поляну ("на один или два дня (имея в виду состояние Вашего здоровья и погоду"), чтобы сделать цветные фотопортреты самого Толстого, его супруги Софьи Андреевны и окрестных пейзажей.

Толстой ответил согласием, и 23 мая (5 июня по новому стилю) 1908 года Прокудин-Горский приехал в Ясную Поляну. Он провел в усадьбе три дня и создал не менее 16 фотографий. Самым известным стало фотоизображение Л.Н. Толстого, которое "является единственным портретом, сфотографированным в красках непосредственно с натуры".

Съемка была сделана за один раз. Кассету с пластинами Прокудин-Горский собственноручно доставил в Москву. Там из кассеты вынули пластины и, тщательно упаковав, увезли в Петербург, где было произведено их проявление.

прокудин-горский толстой.jpg
С.М.Прокудин-Горский. Л.Н. Толстой. 1908 г. Ясная Поляна. Государственный музей Л.Н. Толстого. Архив рукописей. Портрет воспроизведен с литографского оттиска.


Из пояснения Прокудина-Горского: "Вследствие крайне невыгодного положения местности для фотографирования, оно было сделано в саду, в тени, падающей от дома, причем задний план был ярко освещен солнцем. Фотографирование произведено в пять с половиною часов вечера, тотчас после верховой прогулки Льва Николаевича. Супруга Льва Николаевича, София Андреевна принимала со своей стороны все меры, дабы способствовать успеху этой работы, за что приношу ей искреннее спасибо".

Впервые фотопортрет был опубликован в августовском выпуске "Записок Императорского Русского Технического общества". "В печати портрет воспроизведен без всяких поправок и прикрас, чтобы сохранить всю ценность подлинности воспроизведения".

В дальнейшем фотопортрет Л.Н. Толстого неоднократно воспроизводился. Время от времени появлялся и в советской литературе, имя автора снимка не указывалось, и оно было забыто на долгие годы.

Местонахождение негатива этой фотографии до сих пор неизвестно. Предположительно он сначала находился в петербургском Пушкинском доме, затем был передан в Москву в музей Л.Н.Толстого.

В Пушкинском доме есть черно-белый диапозитив фотографии, выполненный самим Прокудиным-Горским.
В коллекции библиотеки Конгресса США есть черно-белая копия фотографии.