January 10th, 2019

Памяти Анатолия Лукъянова (Осенева)

лукъ (119x160, 24Kb)Вчера, 9 января, скончался Анатолий Иванович Лукъянов. Я считаю своим долгом сказать несколько слов в память об этом человеке, так как он однажды незримой нитью вплёлся в мою жизнь. Анатолий Иванович был по профессии юристом, занимал высокие государственные должности, был Председателем Верховного Совета СССР и имел отношение к ГКЧП. Но я далека от его политической деятельности, мне ближе его поэтическое творчество.

Анатолий Иванович был поэтом с лирическим псевдонимом Анатолий Осенев. На своей родине, в Смоленске, он публиковал в газетах стихи, которые были одобрены самим Александром Твардовским. В Москву Анатолий Лукъянов приехал подающим надежды поэтом. Наряду с государственной деятельностью Анатолий Иванович не переставал заниматься поэтическим творчеством, ибо такова была лирическая сторона его натуры.

Он опубликовал 11 книг стихов, одна из которых есть в моей поэтической библиотечке. Этот сборник мне подарила дочь Анатолия Ивановича, Елена Анатольевна, она же написала на титульном листе очень хорошие слова, которые я иногда ("в минуту душевной тревоги") перечитываю. И, конечно, читаю стихи Осенева, в них чувствуется живой человек с глубокими чувствами и трепетной душой.

Из сборника "Созвучие":

Я задаю себе вопрос:
Зачем я жил, зачем я рос
На этом белом свете,
С какими я людьми дружил,
Чем больше в жизни дорожил
И что оставлю детям?
Зачем я жил? Вопрос не прост.
Но коль родиться довелось
В нелёгкую эпоху,
Я верил в общий наш удел,
Не уходил от трудных дел,
Стыдясь работать плохо.
Без дружбы тоже жить нельзя.
Да, были у меня друзья
И недруги, конечно.
А за доверчивость порой
Я получал удар двойной
Завистливой картечью.
Что я оставлю детям? Прах,
Следы поспешности в стихах,
Да жажду жизни смелой,
И заклинанье – не черстветь,
Мечтать, смеяться, плакать, петь,
Творить добро и дело,
И, несмотря на виражи,
Я больше жизни дорожил
Моей Россией милой
С её широкою душой,
Столь терпеливой и большой,
И с доброй русской силой.

Август, 1980.

О картине Федотова "Свежий кавалер".

Из картин Павла Федотова мне больше всех нравится "Свежий кавалер". У этой картины есть и другие названия: "Утро чиновника, получившего первый крестик" и "Последствия пирушки".
Всякий раз рассматриваю эту картину, словно вижу в первый раз. Она, как книга, всегда открывается мне по-новому. Но неизменно одно – впечатление. Удивляюсь, поражаюсь, восхищаюсь художником, который на небольшом куске холста смог сотворить этакое эпохальное произведение!

SVEZII-KAVALER.jpg

Федотов П.А. Свежий кавалер. 1846. Масло, холст. 48.2×42.5
Государственная Третьяковская галерея.

Пробую представить, как он маленькой кисточкой вырисовывал антураж картины, детали, лица ... как сумел передать изображению собственные чувства! Бывает, и словами трудно выразить свою мысль, а здесь всё сказано лишь красками!

Стою перед картиной, смотрю на неё, замечаю, как к ней подходят люди. Одни молча рассматривают и идут дальше, это в лучшем случае. В худшем, когда останавливаются продвинутые любители живописи, а они часто ходят парами, и обмениваются не впечатлениями от картины, а своими знаниями, почерпнутыми из различных критических источников, чаще всего из заметок о живописи Владимира Васильевича Стасова.

Известный художественный критик 2-й половины 19 века Владимир Стасов в работе "25 лет русского искусства" (1882) вот так отозвался о "Свежем кавалере":
"Взгляните этому чиновнику в лицо: перед нами поднаторелая, одеревенелая натура, продажный взяточник, бездушный раб своего начальника, ни о чем более не мыслящий, кроме того, что даст ему денег и крестик в петлицу. Он свиреп и безжалостен, он утопит кого и что хотите – и ни одна складочка на его лице из риноцеросовой шкуры не дрогнет. Злость, чванство, вконец опошлившаяся жизнь – все это присутствует на этом лице, в этой позе и фигуре закоренелого чиновника в халате и босиком, в папильотках и с орденом на груди".

Я очень уважаю и ценю Владимира Васильевича, соглашаюсь с его мнениями о множестве картин русских художников, но вот трактовкой "Свежего кавалера" я не согласна. Больше того – я протестую против неё. Где Стасов выглядел в картине доказательства тех негативных качеств, что приписал Свежему кавалеру?

[Spoiler (click to open)]

Разве Свежий кавалер "продажный взяточник"? Был бы взяточником, не жил бы в бедности. Разве он "бездушный раб своего начальника"? Нет, это просто бездоказательное предположение Стасова. Где критик увидел "злость, чванство и пошлость"? Нет этого, иначе не устроил бы Свежий кавалер званую пирушку для товарищей. Свежий кавалер свиреп и безжалостен? Вряд ли свирепый и безжалостный человек приютил бы у себя отставного солдата, собаку, кошку и птичку. И потом, с чего Стасов взял, что у Свежего кавалера "риноцеросовая (носорожья) шкура"! Выдумка чистой воды.

Художественный критик Стасов не подумал, что люди всегда прислушиваются к мнениям авторитетных лиц, доверяют их мнению, знанию и с их слов начинают судить об увиденном (и даже о не увиденном).

"Свежий кавалер" Федотова – яркий тому пример. Со школы мы привыкли слышать, что Федотов в своих картинах обличает и бичует пороки общества, в котором живут чиновники, военные, купцы, аристократы ... Так обучали наших учителей, и так же учителя обучали нас. Мы стали воспринимать людей, подобных Свежему кавалеру, карьеристами и приспособленцами, мы отказываем им в чисто человеческих чувствах, ибо мы заранее настроены на отрицание и осуждение. Чиновник, значит, бездушный бюрократ, имеет орден, значит, выслуживался и раболепствовал, завивает кудри, значит, легкомысленный повеса, не прибрано в комнате, значит, кутёжник и пьяница, дырявые сапоги, значит, лодырь.

Вооружённые стереотипами, мы отталкиваемся от них при оценке картины. В данном случае уместно вспомнить другую цитату из Стасова: "Сожалеть о них можно, но взыскивать с них мудрено. Они не виноваты, что им дали такое воспитание и приучили их с малолетства к такому образу мыслей, которые затушили у них всякую светлость и самодеятельность мысли".

Что видим мы при первом взгляде на картину "Свежий кавалер"? Видим в центре изображения подбоченившегося человека с орденом на халате; отмечаем выражение его лица; обращаем внимание на дырявый сапог, что тычет ему в лицо девушка; видим её насмешливое лицо; наблюдаем беспорядок в жилище, смотрим на кошку, которая дерёт и без того ободранный стул ... Эти яркие детали формируются в нас чувство осуждения, к которому мы уже подготовлены.

Нельзя проходить мимо картин и нельзя осматривать их мельком. Любая картина любого художника требует к себе уважения через тщательное разглядывание. И, что важно, при этом надо доверяться собственным ощущениям и впечатлениям, а не судить с плеча, держа в голове чужое мнение.

Особенно такого бережного разглядывания требуют картины Павла Андреевича Федотова. Их надо рассматривать долго и внимательно, потому что у Федотова любая мелочь умеет говорить и объяснить сюжет. Это отмечал ещё Карл Брюллов, который очень хорошо отзывался о творчестве Федотова. Именно Брюллов вынес картинам Федотова, представленным на экзамене в Академии художеств, положительную оценку. Ещё ни об одном русском художнике Брюллов не отзывался столь лестно. Никто из профессоров не осмелился возражать великому Карлу, и Совет Академии художеств единодушно признал Федотова академиком по "живописи домашних сцен".

С лёгкой руки Стасова картина "Свежий кавалер" стала считаться классикой критического реализма. Каждый из последующих критиков добавлял к отклику Стасова несколько своих подтверждающих эту мысль слов. В монографии о художнике написано: "Федотов срывает маску не только с чиновника, но и с эпохи. Посмотрите, с каким превосходством, с какой иронией и трезвым пониманием действительности глядит на своего барина кухарка. Такого искусства обличения еще не знала русская живопись".

Я не думаю, что художник писал свою картину с позиций сурового гражданского обличения. Он не обличал своего героя, а сочувствовал ему, понимая его поведение. В письме к цензору М.Н. Мусину-Пушкину Федотов писал: "…там, где постоянно скудость и лишения, там выражение радости от награды дойдет до ребячества носиться с нею день и ночь. [Там, где] звезды носят на халатах, и это только знак, что дорожат ими".

Я считаю, что человек в центре картины - счастливый человек! И он не скрывает своего счастья. Пятнадцать лет службы наконец-то увенчались наградой, и пусть орден Станислава 3-й степени самый низший орден в иерархии имперских орденов, он вызывает неподдельное чувство радости у новоиспечённого кавалера. Орден для него – показатель его значимости: его заметили, выделили, наградили, значит, он не затерялся среди миллионов подобных чиновников, а на виду!

Свежий кавалер - служащий петербургской управы, а точнее - чиновник полицейского ведомства. Об этом можно судить по форменному мундиру с лацканами, висящему на спинке стула, и фуражке с красными околышем и кантом. А так же - по газете, лежащей на столе. Это "Ведомости С.-Петербургского Градоначальства и Столичной полиции" — подписная ежедневная газета городской управы Санкт-Петербурга.

Беспорядок в комнате – это последствия пирушки, что закатил Свежий кавалер у себя дома. Выпивка, угощение, веселье, гитара с порванными струнами – пирушка удалась на славу, это ясно читается на картине. Конечно, Федотов не обошёлся без усмешки – он изображает под столом ещё непроснувшегося после вчерашней обмывки ордена отставного солдата с георгиевскими крестами.

Георгиевский крест по статуту выше ордена Станислава, но, помещая георгиевского кавалера под стол, Федотов подчёркивает значимость ордена для Свежего кавалера, который считает свой орден главнее. И его можно понять.

Георгиевский орден давался за военные подвиги, но Свежий кавалер имеет право считать, что его тоже наградили за подвиги, только за трудовые. Мы можем представить, каков был труд у этого мелкого чиновника, если его выделили из общей чиновничьей массы и представили к награде!

У Федотова в картине нет мелочей, всё работает на раскрытие образа. Даже брошенная на пол книга может добавить выразительный штрих к портрету главного героя. Книга раскрыта так, чтобы зрители видели её автора и название: "Ф.Булгарин "Иван Выжигин".

Булгарина мы знаем, как объекта насмешек и эпиграмм А.С.Пушкина. Но Булгарин ещё и писатель. Он прославился книгой об Иване Выжигине. Герой романа Иван Выжигин – что-то вроде Остапа Бендера, плут, пройдоха, прислужник начальства и угодник людей у власти. Подстраиваясь под вышестоящих, такие люди урывают и себе кусочек счастья. Роман Булгарина был очень популярен в своё время, им зачитывались все слои населения, от мелких служащих до сановитых вельмож.

Помещая в картине развёрнутую книгу, Федотов даёт понять о путях получения ордена, то есть роман Булгарина был для будущего орденоносца своеобразным руководством к действию, что, как мы видим, возымело успех.

У Свежего кавалера цель в жизни: стать заметным. Для этого он использует разные способы, даже свою внешность: с утра пораньше он побрит, завит и ухожен (папильотки в волосах, щипцы для завивки волос, увеличительное зеркало для выщипывания волосков из носа). Он ещё не одет, но уже деятелен, полон воодушевления от полученной награды и желает одобрения и хвалы от присутствующих. Для этого встаёт в позу античного героя даже перед служанкой, выпячивает для важности губу и указывает пальцем на орден на халате – смотри, вот он я каков! И хоть служанка не разделяет его торжества и показывает ему прозаический сапог с протёртой подошвой, этим кавалера не устыдить, ведь не в сапоге счастье, а в оценке его служебного рвения. Наконец-то он достиг успеха!

К тому же никто не увидит изношенную подошву сапога, а орден – вот он, на виду. Для пущего удовольствия даже подтяжки заказаны в тон орденской ленты, и знак "15 лет безупречной службы" на служебном мундире надраен до блеска! К тому же награждение орденом Станислава любой степени предоставляло право потомственного дворянства – это ли не радость!

Сколько лет свежему кавалеру? На вид лет 30, столько было и самому Федотову, когда он писал картину. Возраст зрелого человека не мешает Свежему кавалеру по-ребячьи радоваться и от души гордиться наградой. Орден для него не только оценка его труда, но самоуважение и стимул к дальнейшему продвижению по службе (девиз ордена – "награждая, поощряет").

Ведь точно так же Павел Андреевич Федотов гордился получением своего первого чина на службе, брильянтовым перстнем с руки великого князя Михаила Павловича за акварель "Встреча великого князя". В этом нет ничего предосудительного и обличительного. Это естественные радости любого человека.

К тому же по статуту кавалерам ордена Св. Станислава 3-й степени полагалась пенсия в 86 рублей, а приобретение дворянского звания давало ряд преимуществ, таких, например, как освобождение от личных податей, рекрутской повинности, получение права на льготные заемные кредиты в банке и т.п. Многие орденоносцы получали ежегодное денежное вознаграждение, так называемые кавалерские пенсии, а также единовременные пособия.

Так как не радоваться "риноцеросовому" Свежему кавалеру, если орден улучшит его материальное положение и облегчит его существование!

На осеннюю академическую выставку 1849 года Федотов представил три картины: "Сватовство майора", "Разборчивая невеста" и "Свежий кавалер". На выставке было размещено 400 картин, но только перед картинами Федотова стояла толпа. Мнения, как всегда разделились, одни восхищались, другие негодовали.

В статьях о художественной выставке молодой, но уже известный поэт Аполлон Майков отозвался о Федотове, как о лучшем русском жанристе:
"По богатству мысли, драматизму положения, обдуманности подробностей, верности и живости типов. По необыкновенной ясности изложения и истинному юмору первое место должно принадлежать г-ну Федотову... Рассказывать подробнее содержание этих трёх картин – значило бы написать три повести, и притом пером Гоголя!"

Видел картины Федотова и 24-х летний критик Стасов. Что он подумал в том 1849 году о картине "Свежий кавалер" ? Вторил ли Майкову, говоря, что картины Федотова "создание чисто гоголевское по таланту, юмору и силе"? Или сказал, "как бы он удивился, я думаю, если бы ему кто-нибудь тогда сказал, что именно с него только и начнется настоящее русское искусство"?

Через три десятка лет, достигнув расцвета своей критической деятельности, Стасов стал резче во мнении о картине "Свежего кавалера" (см. цитату Стасова выше).

По зрелому Стасову "Свежий кавалер" уже не сценка из бытовой жизни мелкого чиновника, а грозное обличение существующего строя, о чём бедный Павел Андреевич даже не помышлял.

Расцвет критической деятельности Стасова относится к 1870 — 1880 годам. В это время он пользовался наибольшим общественным признанием и влиянием. Его суждения о художниках и музыкантах до сих пор служат приоритетной точкой в творческих спорах и дискуссиях. И никто не допускает ни тени сомнения в его высказываниях, хотя они всего лишь частное мнение. Смело высказанное, да ещё напечатанное и многократно повторенное личное мнение Стасова стало мнением многих, не умеющих мыслить самостоятельно.

Сторонники высокого искусства отрицательно отозвались о картинах Федотова и назвали его "главным представителем опасного направления в искусстве". ("Опасный бунтовщик хуже Пугачёва?") Конечно, ни Академия художеств, ни Русский отдел Эрмитажа картины Федотова после выставки не купили.
В данный момент картина "Свежий кавалер" находится в коллекции Государственной Третьяковской галереи.

В заключение приведу цитату из того же Стасова: Федотов "умер, произведя на свет едва лишь маленькую крупинку из того богатства, каким одарена была его натура. Но эта крупинка была чистое золото и принесла потом великие плоды".

Ёлка с классиками на Кузнецком мосту.

Прогулялась по Кузнецкому мосту. Улица всё ещё украшена по-новогоднему. Погуляла среди украшений и набрела на книжное дерево. Оно было усыпано томиками сочинений знаменитых русских писателей. Не самими книгами, конечно, а коробками типа переплётов (в целлофане, чтоб не размокли) с графическими портретами. Очень оригинально придумано. Ёлка не с хлопушками и мишурой, а с книжками! Мне понравилось.

А ещё я подумала, интересно, есть ли такой человек, ну, хотя бы в пределах Кузнецкого моста, который посмотрел бы на подвешенные книжки с узнаваемыми с детства лицами, и спросил: "а кто это такие? и чего их тут развесили?"
Вопрос, конечно, риторический, ибо надеюсь, что всё население нашей необъятной родины знакомо с отечественными классиками. Хотя ... кроме меня к книжной ёлке никто из прохожих не подошёл.

IMG_20190108_141532.jpg

IMG_20190108_141409.jpg